Фото всю зацелую

Кликните на картинку, чтобы увидеть её в полном размере

Проститутки Москвы элитные путаны, дешёвые шлюхи


зацелую всю фото

2017-10-19 12:34 Я тебя не качаю в кроватке прихожу вновь к холодной оградке я поправлю упавший Представьте, что вы привычным движением достаете свой iPhone из кармана, а он отказывается




Чубайс перевернул само представление о природе следственных мероприятий: если к вам пришли с обыском, возможно, вы – жертва, а не подозреваемый.


Я не пью больше 100 г, но, выпив 100 г, становлюсь другим человеком, а этот другой пьет очень много. (Э.Кроткий)






Я помню чудное мгновенье, Когда я снял противогаз, И чистый воздух в нос ударил, и слезы брызнули из глаз... Я не забуду этот полдень, вдали сияющий песок. О, как прекрасна ты, природа, когда закончен марш-бросок!


Яркая индивидуальность. Типа предисловия. Говорят, Максима Штрауха (который в кино играл Ленина) когда-то попросили выступить перед актерами провинциальных театров. Штраух вышел на сцену, глянул в зал... а там полный зал Лениных! Все как один невысокие, плотные, лысые, с бородками, в тройках. Привезли со всех мест исполнителей этой роли перенимать опыт. Штраух, глядя на них, чуть умом не тронулся. А вот похожая история из жизни. Один мой товарищ в молодости всерьез увлекался то пешим туризмом, то Шамбалой, то православием, чуть в монастырь не ушел. Потом вернулся в материальный мир, сейчас на солидной должности в международной фирме. Как дань увлечениям юности он носит длинную бороду и кудри до плеч, а как дань нынешней ответственной должности - всегда в темном костюме с белой рубашкой и галстуком. В целом ни дать ни взять оживший портрет Менделеева, бросается в глаза в любой толпе, раз увидишь - ни с кем не спутаешь. Кстати, страшно гордится своей неповторимостью. Да, важно еще, что он хотя и брюнет, но стопроцентный русский. Тут он был по служебным делам у нас в Нью-Йорке, виделся со мной и рассказал, в какой просак попал накануне. Знакомые попросили его встретиться с девушкой, которая приехала сюда по программе обмена и забыла дома какой-то важный документ - вот документ он и должен был передать. Дальше с его слов: - Позвонил ей, договорились встретиться в метро в шесть вечера. Она спрашивает: а как мы друг друга узнаем? Я говорю: за это не волнуйтесь, у меня длинная борода и черные волосы, я буду в черном костюме и белой рубашке, не ошибетесь. Она тоже как-то себя описала, но я не вслушивался: какая разница, меня-то не узнать невозможно по определению. - А на какой станции встречались? - На Crown Heights (примечание рассказчика: нью-йоркцы меня уже поняли, а для остальных поясню, что этот район облюбовали религозные евреи-хасиды). - И что? - Ну ты понял. Выхожу на станции и как будто в страшный сон попал. Толпа народа, и все до единого черные, бородатые, в черных пиджаках и белых рубашках. Никогда такого ужаса не испытывал, вся моя яркая индивидуальность потерялась среди них как песчинка в калейдоскопе. Конечно, они все в шляпах, а я нет, и покрой пиджака другой, но разве в такой толпе такую мелочь заметишь? И сотового у нее нет. Стою и кричу как дурак в пространство: Наташа, Наташа! - Ну нашла тебя девушка в конце концов? - Я ее нашел. Она там единственная была в джинсах, сразу в глаза бросилась.